К 75-летию со дня снятия Блокады Ленинграда. Воспоминания Владимира Сергеевича Шульгина

В преддверии 75-ой годовщины со дня снятия Блокады Ленинграда ветераны – сотрудники Университета в разные годы, делятся своими воспоминаниями. Владимир Сергеевич Шульгин, проработавший в СПбГУ полвека, рассказал, как прошли его военные годы - сначала в Блокадном Ленинграде, а затем в эвакуации в Новосибирской области.

«Родился в 1924 году в Ярославле. Через два года семья переехала в Ленинград. В 1941 году с золотой медалью окончил школу, прошли самые счастливые четыре дня в моей жизни. Началась война, учиться не пришлось. Все преподаватели и студенты Политехнического института, куда я поступил, были мобилизованы на строительство оборонительных сооружений - противотанковых рвов, - во Всеволожском районе.

В зимние месяцы я работал санитаром в больнице имени 25 октября (бывшей Александровской), которая одновременно была и госпиталем для фронтовиков. Главного лекарства – еды, – было очень мало. Во дворе больницы, между зданиями приемного покоя и лечебного корпуса, лежали, сложенные штабелями, десятки тысяч истощенных человеческих тел. Их никто не увозил.     

Зимой 1941-1942 гг. в Ленинграде больше всего людей погибло именно от голода. По достоверным данным, не менее полутора миллионов. Для сравнения: от бомбежек и снарядов погибло 16 тысяч ленинградцев. Оставшиеся в живых были очень близки к голодной смерти. Сытых лиц в городе не было.

В центре города люди ходили по тропинкам, протоптанным в снежных сугробах, перешагивая через трупы. В домах не было электричества, воды и тепла. В печках-буржуйках сжигали мебель, книги. Окна были забиты досками или фанерой и засыпались песком. За водой ходили к рекам или каналам. Люди, ослабевшие от голода, не спускались в бомбоубежища при налетах. Те, кто имел силы, дежурили на чердаках и тушили зажигательные бомбы. Люди проявили себя по-разному, однако большинство ленинградцев сохранили высокий моральный дух и человечность. Случаи людоедства были крайне редкими.

Летом 1942 года я, немного оправившись от дистрофии, работал штамповщиком на заводе «Металлист», тяжело болел. В августе эвакуировался в Новосибирскую область. Там поступил в ЛИТМО, где получал Сталинскую стипендию.  

В начале 1945 года вернулся в Ленинград. Будучи студентом ЛИТМО, полгода работал на восстановлении отопления зданий. Позже окончил физический факультет ЛГУ (геофизика).

В 1947-1950 годах работал в Тувинской геологической экспедиции (последние два года – начальником лаборатории).

С 1951 г. работал на геологическом факультете (кафедра геологии месторождений радиоактивных элементов) и в НИИ Земной коры ЛГУ заведующим радиометрической лабораторией, затем старшим научным сотрудником. Занимался разработкой аппаратуры для магнитных и ядерно-физических методов исследования скважин (каратаж), морских донных отложений и других объектов.

Активно вел педагогическую работу, читал курсы по радиоактивности и ядерной энергетики, радиометрии. В 1973 и в 1975 годах работал на Кубе в университете Ориенте.

В 1946 году получил медаль «За оборону Ленинграда» в Политехническом институте».